Продолжаю обзор иллюстраций к бажовскому сказу "Малахитовая шкатулка". Сегодня — оставшиеся иллюстрации советского периода. Преимущественно это иллюстрации 1970-х — 1980-х гг. Но общее у них не столько исторический период, сколько изменение воззрений на творчество Бажова — оно перестало быть современным, стало восприниматься как классика. А это привело к снижению накала бажовского текста, выталкиванию его в детскую литературу.
Малахитовая шкатулка (поздний СССР): издания
1) Малахитовая шкатулка. — М.: Современник, 1977. Изящное подарочное издание уменьшенного формата. Выдающийся художник Б.Диодоров.
2) Сказы. — М.: Советская Россия, 1980. Художники А.Ковалев и Г.Буреев. Палех.
3) Малахитовая шкатулка. — М.: Стрекоза, 2018. Художник с уральскими корнями С.Ковалёв.
Условно поздний СССР. Эта сюита была создана уже в начале XXI века, но С.Ковалёв — советский художник, не изменившей своей манеры. Поэтому помещаю его в обзоре, посвящённом поздне-советскому периоду иллюстрирования Бажова.
4) Уральские сказы. — М.: Детская литература, 1979. Художник В.Панов.
И здесь условно поздний СССР. Бажовский сборник с иллюстрациями Панова у меня 1979 года издания, но по данным Фантлаба, первое издание было аж в 1957 году: https://fantlab.ru/edition125491. Мне кажется, это первое издание для детей (пусть и старшего школьного возраста) таких серьёзных сказов как "Малахитовая шкатулка". Общая тенденция к омоложению возраста читателей Бажова сложилась, тем не менее, чуть позднее. Поэтому обзор иллюстраций Панова среди поздне-советских изданий выглядит оправданным.
5) Каменный цветок. — Киев: Веселка, 1980. Художник Н.Пшинка.
Малахитовая шкатулка (поздний СССР): иллюстрации
Посмотрим сами иллюстрации.
Худ. Б.Диодоров (1977)
У Диодорова единый макет для всех сказов: шмуцтитул с миниатюрой, заставка на левой стороне разворота и страничная иллюстрация на правой стороне.
На развороте в одну композицию объединены различные эпизоды сказа (приём старинной книжной миниатюры, иконописи и палехской миниатюры).
Все эпизоды из тех, которые можно детям показывать (без линии полюбовницы молодого барина).
Худ. А.Ковалев и Г.Буреев (1980)
Палехские живописцы. Заставка и одна страничная иллюстрация.
Застывший канон формы. Художники выбрали сцену, в которой женихи сохнут по Танюшке под её окном. Но люди этого мира Танюшку не интересуют.
На картинке девица в окне примеряет драгоценности, в тексте у Бажова — конечно, нет, просто вышивает на свету. Но у палехских художников принято объединять различные эпизоды на одном листе. Будем считать, и здесь такой же приём.
Худ. С.Ковалёв (2018)
Иллюстрации Ковалёва с некоторым налётом примитивизма. Но у художника советской эпохи это всего-таки осознанный приём, своеобразный юмор. Мне видится и некоторое сходство приёмов Ковалёва с приёмами Г.Мосина (они ведь художники одной условно уральской школы).
На страничных иллюстрациях — поворотные моменты в судьбе Танюшки.
1) Страшное воздействие тайной силы на хитника (от диалектизма "хитить" — похищать, в качестве глагола слово "хитить" позднее будет любимым у деревенских героев Ю.Коваля в цикле "Чистый Дор").
2) Странница показывает Танюшке будущее.
Интересная тема хроно-парадоксов. Девочка не узнаёт себя в будущем, однако строит свою судьбу в соответствии с увиденным и становится той самой роковой красавицей из видения. Странница-колдунья пришла из будущего? Ей надо было показать будущее Танюшке, потому что иначе это будущее не было бы реализовано? Прямо-таки парадоксы "Терминатора". А ведь это 1938 год — СССР — провинциальный писатель пенсионного возраста, никому до того не известный. Кто бы мог подумать.
Худ. В.Панов (1979)
Иллюстрации Панова в реалистичной манере в технике карандашного рисунка и подкрашенного рисунка тушью оказались вне времени. Лёгкие прозрачные иллюстрации хорошо смотрелись и в 1957-м, и в 1979-м. Позднее Панов совершенствовался, но иллюстрации к Бажову не переделывал — они так и остались юношескими опытами, не очень глубокими, но хорошо подходящими к стандартному детскому восприятию.
1) Карандашные рисунки вроде бы начинают развивать сюжет, но резко останавливаются на сцене, где купцы пытаются купить задёшево шкатулку у Настасьи-погорелицы. Дальше про полюбовниц, а это не для детей.
2) Танюшка блистает во дворце. Выглядит как сказка про Золушку.
Глядя на такую гладкую красавицу Танюшку, нарисованную для юных читателей, вспомнил статью из "Бажовской энциклопедии". Есть прочтение, согласно которому Танюшка — подменыш (нечисть ребёнка в колыбели подменила). Танюшка — дочь Степана и Хозяйки медной горы (любовь-то была у них, но все думали, что платоническая). То, что странница-колдунья — это сама Хозяйка и без того было понятно. Но такое прочтение позволяет понять инородность Танюшки в мире людей и настойчивость, с которой её направляют в Малахитовую палату, сделанную из камня, добытого Степаном.
Худ. Н.Пшинка (1980)
Подробнейший иллюстративный комментарий к сказу "Малахитовая шкатулка" оказался у Н.Пшинки. Отличный повод проследить связную последовательность эпизодов сказа. По форме же — это типичные того периода рисунки для детской аудитории.
1) Завязка. Степан ещё жив. Напоминание о том, что та самая Шкатулка подарена была лично Хозяйкой медной горы. В канонических сборниках бажовских сказов части маленькой дилогии ("Медной горы хозяйка" и "Малахитовая шкатулка") существенно отдалены друг от друга, почему и требовался краткий пересказ первой части. Среди художников, как мне кажется, никто кроме Пшинки не рисовал Степана для "Малахитовой шкатулки" — он умер в конце первой части при таких обстоятельствах, что видеть его снова живым было очень странно.
2) Примерка драгоценностей Танюшкой — стандартная картинка для маленьких читателей.
3) Танюшка дистанционно воздействует на хитника.
4) Очень много иллюстраций посвящено общению Танюшки со странницей-колдуньей. И это соответствует тому месту, которое данная сюжетная линия занимает в тексте Бажова.
Для начала — появление странницы-колдуньи, которая предложила обучать Танюшку рукоделию. Настасья — мать Танюшки — странницу отговаривает, но та, понятно, принимает все условия: ей надо получить доступ к дублю Хозяйки медной горы.
Отдельно, на страничной иллюстрации — показ Танюшке её будущего.
И внезапное прощание после показа будущего. Странница свою миссию выполнила.
5) Ещё один поворотный момент — пожар (на нём акцентировал своё внимание и Г.Мосин).
После пожара приходится принимать решение, от которого до того Настасья решительно воздерживалась: надо продавать шкатулку. Вокруг крутятся покупатели, предлагающие смешные цены.
6) Шкатулка за 2 тысячи рублей уходит жене нового приказчика — бывшей полюбовнице молодого барина. Линия порочной связи и несчастливой семейной жизни в картинках опускается. Взамен приходится подробно иллюстрировать как паротина супружница шкатулку покупала у Настасьи, да как потом по мастерам бегала, чтобы они ей драгоценности подогнали (а мастера отказывались в священном ужасе).
7) Знакомство приказчика Пароти с Танюшкой. Паротя узнал, что молодой барин собирается забрать у него жену обратно и запил с горя. Собутыльники заводят с ним разговор о Танюшке. Пьянство можно показывать маленьким детям.
Паротя замыслил комбинацию — хочет перевести внимание барина со своей жены на другой объект. Заказывает Танюшкин автопортрет.
8) Встреча Танюшки с барином. Судьба плетёт кружева случайностей, чтобы привести Танюшку в царскую Малахитовую палату.
9) А вот и мимоходная встреча с царицей перед растворением Танюшки в стене Малахитовой палаты.
10) Окончание сцены во дворце с сатирой на дворцовые нравы. Пшинка избегал рисовать сатирические сцены (там для взрослых), но окончание проиллюстрировал — это детям можно.
После исчезновения Танюшки
цитата
Все, конечно, перепугались, а царица в беспамятстве на пол брякнула. Засуетились, поднимать стали. Потом, когда суматоха поулеглась, приятели и говорят Турчанинову:
— Подбери хоть камни-то! Живо разворуют. Не како-нибудь место — дворец! Тут цену знают!
Сталинский период в книжной иллюстрации был временем принуждения к одному стилю. В целом, сталинский стиль был унылым. Но творческие поиски были и в рамках этого стиля: появились выдающиеся достижения в детской иллюстрации (Кочергин и Рачёв). Это было красиво, но иногда слишком помпезно. Была и альтернатива "сталинскому сказочному реализму" (Ю.Васнецов). С конца 1950-х гг. принуждение исчезло. Детских книжек выходило много, манера художников была разной. В иллюстрациях к сказкам практически исчез чистый реализм. В рисунках приветствовалась условность. Условность была и реалистичной, и декоративной. Посмотрим общую панораму иллюстраций к "Царевне-лягушке" на примере одиночных рисунков разных художников. Все книжки нам знакомы, ограничусь только ссылками.
Позже вернёмся к полноценным сюитам второй половины XX века.
"Царевна-лягушка". Жизнь после Сталина
Худ. Т.Колюшева
Картинки замечательной Т.Колюшевой из журнала "Весёлые картинки". Аудиторией Колюшевой были малыши. Тёплое чувство и сейчас не покидает. Два разворота из журнала с одной композицией: первый из номера 9 за 1973 год, второй — из номера 6 за 1986 год.
Худ. С.Денисов
Ещё одна картинка из журнала "Весёлые картинки". Если Колюшева относилась относилась к старшему поколению художников журнала, то здесь рисунок художника нового поколения — С.Денисова. Он, видимо, мог бы причислять себя к концептуалистам — работа серьёзная, игра красок, зыбкие фигуры. Это журнал номер 7 за 2000 год, но манера художника сложилась уже в Семидесятые. Нравились в детстве его картинки к "Маленькому водяному" из "Мурзилки" и другие.
Худ. Д.Бурусов
Ну придётся и эту картинку поместить из журнала "Весёлые картинки" с новым художником — Д.Бурусовым. 1994 год (номер первый), журнал уже не советский, и художник тоже. Картинка не к самой сказке, а к задачке Г.Остера про полёт стрелы.
Худ. В.Перцов
К сожалению, у В.Перцова нет сюиты иллюстраций к "Лягушке-царевне". Только открытка из набора "В.В.Перцов. Иллюстрации к русским народным сказкам" (М.: Советский художник, 1988). Открытки слишком засвечены, сканер их совсем бы убил. Сфоткал на планшет, порегулировал контрастность и яркость. Но контуры лошадей всё равно только угадываются. Это Василиса в коробчонке едет на пир. Форейторы в зелёном, и у одного морда прям лягушачья. Хорошие художники сами в игру включались.
Худ. М.Тесаржикова
Рисунок в стиле русской миниатюры из книги: "Русские сказки: Книга для чтения с комментарием на английском языке". Иллюстрации М.О.Тесаржиковой. — М.: "Русский язык", 1984.
Худ. Б.Михайлов
Книга ещё советских времён: "Русские сказки". — Л.: Художник РСФСР, 1991. Художник Б.Михайлов. Манера — сугубо реалистичная. После стольких лет забвения возрождался, видимо, интерес, к приглушённому по цвету реализму в сказке.
Худ. Г.Бедарев
Иллюстрации художника Г.Бедарева из журнала "Колобок" (1990, № 2 и 1989, № 8). Для "Колобка" иллюстрации простоватые. Сменилась концепция журнала к Девяностым.
В сборнике наших дней ("Кот Баюн". — М.: Стрекоза, 2018) имеется дополнительная картинка Бедарева:
Худ. Г.Мосин, Худ. Н.Моос
Суровый уральский стиль. Свердловские художники. 1) "Русские народные сказки". — Свердловск: Средне-Уральское книжное издательство, 1976. Худ. Г.Мосин и 2) "Финист — ясный сокол". — Свердловск: Средне-Уральское книжное издательство, 1981. Худ. Н.Моос. Посмотрим рядом чёрно-белую и цветную картинки на контрасте.
Худ. Г.Мосин Худ. Н.Моос
Худ. В.Шатунов, Худ. В.Вагин
1) "Сивка-бурка". — Минск: Юнацтва, 1989. Худ. В.Шатунов. 2) "Диво дивное. Русские народные сказки". — М.: Современник, 1988. Художник В.Вагин. Этих художников ничего не связывает. Просто продолжим контраст.
Худ. В.Шатунов Худ. В.Вагин
Худ. Т.Маврина, Худ. С.Ковалёв
1) Азбука Т.Мавриной: "Сказочная азбука". — СПб.-М.: Речь, 2016 и 2) азбука из книги "Чудо чудное". — М.: Эксмо, 2021 с иллюстрациями С.Ковалёва.
Худ. Т.Маврина Худ. С.Ковалёв
Худ. Г.Новожилов
Художник Г.Новожилов. Переиначенные сказки: Г.Новожилов. Русские сказки для детей и взрослых / рисунки автора. — М.: НорВэй-Си, 2007. Видимо, переиначенная сказка является сатирической.
Есть пополнения и в коллекцию иллюстраций к сказке "Василиса Прекрасная" и примыкающей к ней сказки "Баба Яга".
Худ. С.Ковалёв (2021)
Новые иллюстрации из приобретённого недавно сборника сказок с иллюстрациями С.Ковалёва.
Баба Яга (образ)
Сначала — образ Бабы Яги (иллюстрация к сказочной азбуке). У Ковалёва Баба Яга — отталкивающая.
Ковалёв родом с Урала. Есть у него сходство в трактовке Бабы Яги с художником Г.Мосиным.
Баба Яга — мёртвая, ходячий мертвец. На это традиционное понимание, возможно, накладываются страшилки коренного населения северного Урала — хантов и манси (эту тему в последнее время раскрывает в литературе А.Иванов). Такая уральская Баба Яга ещё мертвяннее выходит.
Василиса Прекрасная
К сказке Василиса Прекрасная — две иллюстрации с отражением знаменитых слуг Бабы Яги: конных всадников красного (утро) и чёрного (ночь). Всадники древние и измождённые. Тяжело им.
Баба Яга (на второй иллюстрации из-за костяного забора выглядывает) — жуткая мертвечина. Хотя в этой сказке Баба Яга выступает помощником и защитником обездоленных.
А вот здесь Баба Яга более живая. В этой сказке — Баба Яга абсолютное зло, никакого взаимопонимания с ней достичь невозможно. То есть в двух сказках с очень похожим сюжетом действуют две разные Бабы Яги. Может, не случайно художник их по-разному нарисовал. Может, действительно, Баба Яга как абсолютное зло — живая. Мёртвые-то — они покладистее.
Подборку ранее рассмотренных иллюстраций к сказке "Теремок" надо поддерживать в актуальном состоянии. Есть пополнения в коллекции.
Худ. В.Полухин (2015)
Книжка, приобретённая вслепую в ИМ Wildberries (больше нигде нет): сборник сказок "Посадил дед репку". — М.: ООО ИКТЦ "Лада". Совсем недавно показывал "Колобок" из этой книжки (тут).
Художник — карикатурист В.Полухин, начавший карьеру в Перестройку. Манера — слабая тень от манеры выдающегося советского карикатуриста Г.Огородникова. Был у нас "Теремок" в иллюстрациях Огородникова (тут): всего две картинки, но очень информативные. Теперь вот иллюстрации последователя.
Мухи, комары, мыши, лягушки
Типичное раскрытие темы. Сюжет у сказки кумулятивный — один за другим появляются новые персонажи в одних и тех же декорациях. В этом варианте сказки первые жильцы теремка (обронённого горшка) — муха да комар, дальше как у всех: мышка да лягушка.
Зайцы, лисы и волки
Собираются под одну крышу забавные зверушки.
Медведь
"Теремок" — тяжёлая история (гораздо тяжелее, чем "Колобок"). Некоторые иллюстраторы поднимаются при толковании "Теремка" до высот обличения мерзкого медведя (есть в изначальных вариантах народной сказки и такая версия, что медведь специально разрушил теремок и подавил всех зверей). Но в советское время чаще иллюстрировали сказку по-доброму (приделывали ещё концовки, где медведь всё восстанавливает). Полухин, с его сатирическим запалом карикатуриста левых убеждений, мог бы развернуться в этой теме. Но он делал книжку для самых маленьких, поэтому получился бесконфликтный рассказ с увальнем-мишкой.
Приобрёл, наконец, книгу сказок "Чудо чудное" с иллюстрациями С.Ковалёва. У меня переиздание 2021 года. Долго не принимал художника, но постепенно проникся его эстетикой.
К "Теремку" — одна иллюстрация. Причём, это коллаж, соединённый с иллюстрацией к другой сказке. Коллаж построен на контрасте.
На левой половине разворота — сказка "Терёшечка". Злая ведьма с ножом охотится за мальчиком. А на правой стороне разворота — благодать. Умиротворённые звери сидят у окошек домика. Им нет дела до беды, которая нависла над Терёшечкой. Вот и до них никому дела не будет, когда медведь домик с жильцами раздавит.
Текста сказки в сборнике нет (там, видимо, какой-то элемент игры намечался: "угадай сказку", но пояснений нет). Судя по петуху и ежу, это иллюстрация не к народной сказке, а к литературной пьесе С.Маршака. Там звери выходят победителями. Но у Маршака лиса в числе врагов была, так что тоже коллаж.
Сказ "Медной горы хозяйка" был для 1936 года странным и даже подозрительным в качестве "рабочего фольклора". Степан сам не додумался обозвать приказчика "душным козлом", эти слова ему Хозяйка медной горы велела передать — он и передал безропотно. Степана выпороли и посадили в забой на цепь. А он там на радость эксплуататорам норму выработки поднял, а потом ещё по личному распоряжению барина небывалые редкости добывал, за что выслужил вольную. Нет борьбы рабочего класса.
И вот в 1939 году Бажов пишет сказ с теми же исходными данными, где героем у него настоящий бунтарь, который поблажек от классовых врагов не получил. Но и спасения в XVIII веке получить было не от кого, кроме как от Хозяйки медной горы. Это сказ "Две ящерки".
Худ.Б. Диодоров (1977)
Вроде бы и проходной сказ, но захватывающий. Как это частенько бывает у Бажова, интересный историко-социологический очерк резко перетекает в мистическое горно-заводское фэнтэзи. Для советской довоенной литературы это было единичным и очень ярким формально-структуралистическим приёмом. В наши дни этот приём писатели затрепали, но Бажов не устарел.
Художники, которые оставили иллюстрации к "Двум ящеркам" все нам знакомые. От 1930-х до наших дней. В "Двух ящерках" перевешивает историко-социологическая составляющая. Некоторые художники отразили только эту составляющую (Г.Перебатов, В.Панов, А.Белюкин, И.Ушаков).
Две ящерки. Часть первая историко-социологическая
Худ. Г.Перебатов (1959)
Казна и немцы
Бажов формально описывает события XVIII века (причём, второй половины): строительство казной металлургических заводов на Урале и переход их в частные руки. В небольшом округе, который относится к Бажовским местам (окрестности Екатеринбурга в радиусе 50 км) заводчиком-кровопийцем, владельцем крепостных крестьян, был полумифический Турчанинов (конкурент Демидовых и Строгановых).
Первый свердловский иллюстратор А.Кудрин антураж XVIII века вводит на заставке.
Худ. А.Кудрин (1939)
Бажов довольно подробно описывает как "немцы" (мастера, выписанные не столько из германских государств, сколько из Швеции) признали заводик бесперспективным (почему казна от него и избавилась), а местные "старички" смогли сделать выплавку металла рентабельной. Поэтому иллюстратор военного времени — В.Таубер — на заставке рисует спесивых опозорившихся "немцев".
Худ. В.Таубер (1942)
Некоторые художники помещает этот и другие сказы в реалии конца XIX века, но как раз с отменой крепостного права промышленность Урала окончательно утратила своё значение (вплоть до первых Пятилеток). Потому у Бажова и нет сказов про вольнонаёмных рабочих, всё про крепостных только.
Турчанинов — подлый олигарх
Владелец рудника и завода Турчанинов просил "старичков" поднять завод, сулил облегчение. "Старичкам" лестно такое внимание, позволили себя облапошить, да других на новые места зазвали (у крепостных рабочих сложный статус был). А облегчение и не наступило. Обманул Турчанинов.
Худ. В.Панов (1957)
Пробуждение самосознания у крепостного пролетариата
Рабочие пошли к барину Турчанинову напомнить про обещания. Громче всех буянил молодой парень Андрюха, требуя справедливости. Вот эту сходку многие художники советского времени отразили, представив стихийную челобитную как бунт, а то и революционное выступление (у палехских живописцев особенно — там аж казаков с винтовками вызвали для подавления — настоящий 1905 год).
Худ. О.Коровин (1979)Худ. В.Панов (1957)
Худ. А.Белюкин (1969/1977)Худ. А.Ковалёв и Г.Буреев (1980)
Но поскольку все секреты производства уже стали известными, Турчанинов выпорол всех буйных (кого из "старичков" и насмерть забили). Андрюху тоже жёстко (с солью) выпороли. Он затаился, вошёл в доверие, получил доступ к печам и в отместку барину вывел полностью из строя ("заморозил", "посадил козла") две печи. За это Андрюху "схватили да в гору на цепь" (как Степана в "Хозяйке медной горы").
В забое на цепи
Андрюха провёл на цепи в забое "полгода ли год". Это медленная смерть.
Худ. В.Баюскин (1948)Худ. Г.Перебатов (1959)
Худ. В.Панов (1957)Худ. В.Волович (1963)
Прощения Андрюхе не было, да он, видать, и не вымаливал его у барина. Хозяйка медной горы ему тоже не помогала (хотя Перебатов изобразил её в забое на втором плане: смотрит, наблюдает за Андрюхой). И вот именно на Хозяйку медной горы Андрюха и возроптал в конце: "Зря люди про Хозяйку горы сказывают. Будто помогает она... Какая она Хозяйка! Пустое люди плетут, себя тешат".
цитата
Подумал так да и свалился, где стоял. Так в руднишную мокреть и мякнулся, только брызнуло. Холодная она – руднишная-то вода, а ему все равно – не чует. Конец пришел.
Худ. И.Ушаков (1976)
Две ящерки. Часть вторая фэнтэзийная
Худ. А.Ковалёв и Г.Буреев (1980)
После конца
Конец Андрюхе пришёл. Однако очнулся он без кандалов на поверхности: травка, солнышко... Какое-то волшебное питьё...
Худ. А.Якобсон (1950)Худ. О.Коровин (1979)
В подземных чертогах
Две ящерки, давшие название сказу, показали Андрюхе тайный путь под землю.
Худ. А.Кудрин (1939)
А там — баня, явства... Это, конечно, чертоги Хозяйки медной горы, но сама она не показывается — только две ящерки присутствуют. Любят наши художники показывать, как голодный человек наедается.
Худ. О.Коровин (1961)Худ. Н.Кочергин (1966)
Худ. С.Ковалёв (2005)
Оживший мертвец
Андрюха совершает вылазки на рудник, морозит ещё несколько печей. Поскольку он считается погибшим (заваленным в забое), в ужасе все — и товарищи по работе, и барин. Примечательно, что свои диверсии Андрюха делает самостоятельно — Хозяйки медной горы по-прежнему не видно.
Худ. В.Баюскин (1948)Худ. А.Белюкин (1969/1977)
Андрюху начинают выслеживать. Кольцо начинает сжиматься.
Худ. В.Панов (1957)Худ. А.Кудрин (1939)
Удвоение Хозяйки медной горы
Андрюха решает покинуть родные места и гостеприимное подземелье. Тут ему Хозяйка медной горы и показывается. Две Хозяйки медной горы.
Худ. Г.Мосин (1983)
Это из оставленного нами на потом сказа "Малахитовая шкатулка". Дочь Степана сама превратилась в Хозяйку медной горы, в ещё одну Хозяйку. Потому и "две ящерицы", что две Хозяйки.
Вот у О.Коровина показана какая-то девчонка в роли Хозяйки медной горы — это он пытается показать младшую Хозяйку (хотя дочь Степана в момент превращения была уже взрослой девушкой).
Худ. О.Коровин (1967)
Позднее, в новой сюите иллюстраций к циклу о Хозяйке медной горы О.Коровин показывает эту Хозяйку в каждом сказе разную, они у него непохожи между собой. И, действительно, у Бажова Хозяйка медной горы многоликая. В сказе "Хозяйка медной горы" она была влюблённо-печальная, в "Горном мастере" будет гневно-ревнивая, ну а здесь, в "Двух ящерках" — лёгкая и спокойная. Коровин её даже слегка кокетливой нарисовал.
Худ. О.Коровин (1979)
Современные интерпретаторы, наверное, могли бы сказать, что вся вторая часть сказа — это предсмертный бред Андрюхи. Если принять эту интерпретацию, то будет объясним резкий перепад между двумя частями сказа. Этим же можно было бы объяснить и умиротворённую двоящуюся Хозяйку медной горы. Такой она никогда не была, но отмучившийся Андрюха такой её увидел — единственную покровительницу крепостных горно-заводских рабочих.